Апелляционное определение N 10-8725/2016

Апелляционным определением от 29 июня 2016 г. приговор Хамовнического районного суда города Москвы от 05 апреля 2016 года в отношении Г. * и С. * оставлен без изменения, апелляционные жалобы осужденных и адвокатов — без удовлетворения.

В дальнейшем Постановлением Президиума Московского городского суда приговор Хамовнического районного суда города Москвы от 5 апреля 2016 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 29 июня 2016 года отменено, уголовное дело направлено на новое рассмотрение в Хамовнический суд, в ином составе суда.

МОСКОВСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по уголовным делам Московского городского суда в составе: …

с участием прокурора апелляционного отдела уголовно-судебного управления прокуратуры города Москвы И.В.Е.,

осужденных Г.У. и С.,

адвокатов С.П.И. и К.Э.В.,

при секретаре П.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы адвокатов С.П.И. и К.Э.В., осужденных Г.У. и С. на приговор Хамовнического районного суда города Москвы от 05 апреля 2016 года, которым

Г. *

осуждена по ч. 3 ст. 30 п. п. «а, б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к 6 годам лишения свободы; по ч. 1 ст. 228 УК РФ к штрафу в размере 20 000 рублей, на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности совершенных преступлений путем поглощения менее строгого наказания более строгим окончательно назначено Г.У. наказание в виде 6 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима,

С. *

осуждена по ч. 3 ст. 30 п. п. «а, б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к 6 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Срок отбывания наказания Г.У. и С. исчислен с 05 апреля 2016 года, зачтено в срок отбывания им наказания время содержания под стражей с момента фактического задержания с 18 мая 2015 года по 05 апреля 2016 года.

Мера пресечения в отношении Г.У. и С. в виде заключения под стражей оставлена без изменения.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи А.С.Ю., выслушав пояснения осужденных Г.У. и С., защитников — адвокатов С.П.И. и К.Э.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора И.В.Е., полагавшего необходимым приговор суда оставить без изменения, апелляционные жалобы адвокатов и осужденных — без удовлетворения, судебная коллегия

установила:

Приговором суда Г.У. и С. признаны виновными в покушении на незаконный сбыт психотропного вещества амфетамина массой 0,94 грамма, группой лиц по предварительному сговору, в значительном размере.

Преступление, как установлено судом первой инстанции, совершено 18 мая 2015 года в городе Москве при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Тем же приговором суда Г.У. признана виновной в незаконном хранении без цели сбыта психотропного вещества амфетамина массой 0,53 грамма, в значительном размере.

Преступление, как установлено судом первой инстанции, совершено 19 мая 2015 года в городе Москве при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании Г.У. виновной себя признала частично, пояснив, что 18 мая 2015 года ей позвонил Г.П., попросил помочь ему в приобретении психотропного вещества амфетамина в размере 2 грамм и предложил за эту помощь * рублей. Она, не обещая ему продать психотропное вещество, когда тот позвонил по телефону С., взяла трубку и, чтобы Г.П. не истерил, взяла из комнаты психотропное вещество, с которым вышла на улицу, где у подъезда ее задержали сотрудники полиции. Затем по требованию сотрудников полиции она вызвала на улицу С., которую также задержали сотрудники полиции. Сотрудникам полиции она сообщила, что у нее дома находятся наркотические средства — амфетамин и марихуана, которые в ходе обыска у нее дома были обнаружены и изъяты. Она не совершала покушения на сбыт психотропного вещества, но не отрицала факт передачи Г.П. амфетамина, за что тот вручил ей * рублей. Со С. у нее не было сговора на сбыт психотропного вещества. В хранении психотропного вещества она свою вину признала и раскаялась.

В судебном заседании С. виновной себя признала частично, пояснив, что 18 мая 2015 года ей звонил Г.П., сообщивший, что договорился с Г.У. о продаже психотропного вещества амфетамин, но не может до нее дозвониться. При этом в ходе разговора с Г.П. вес и стоимость амфетамина не озвучивались. Она передала трубку Г.У., сообщив той, что звонит Г.П. и хочет с ней поговорить по поводу амфетамина, на что Г.У. сказала, что в курсе, сейчас вынесет. Затем Г.У., взяв из комнаты пакетик, ушла, а через некоторое время позвонила ей и позвала на улицу, где ее задержали сотрудники полиции. Никакого сговора с Г.У. на сбыт Г.П. амфетамина у нее не было. Считает, что помогла Г.П. в том, что соединила его с Г.У., благодаря чему тот смог купить у Г.У. амфетамин. В содеянном раскаялась.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат К.Э.В. в защиту осужденной С., выражая несогласие с приговором суда, считает его подлежащим отмене на основании п. п. 1, 2, 4 ст. 389.15 УПК РФ ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, установленным судом; существенного нарушения норм уголовно-процессуального закона; несправедливости приговора. В обоснование доводов жалобы указывает, что оперуполномоченный А.П. в нарушение требований Закона «Об оперативно-розыскной деятельности» выдал свидетелю Г. свои личные денежные средства на проведение ОРМ. В нарушение требований норм УПК РФ, Конституции РФ, Закона «Об оперативно-розыскной деятельности» и собственного плана проведения ОРМ «проверочная закупка» оперативные работники нарушили тайну телефонных переговоров между своим провокатором Г. и его телефонными собеседниками Г. и С., разговоры с которыми они контролировали путем включения громкой связи на телефоне Г. Материалы ОРМ «проверочная закупка» должны быть признаны недопустимыми доказательствами, поскольку при задержании С. и Г. не было разъяснено право на юридическую помощь, на уведомление близких родственников о факте задержания, право на отказ от дачи объяснений; оперативные сотрудники не составили протокол задержания С. и Г., не уведомили их близких родственников о задержании; не предоставили им возможность сделать звонок родственникам и заключить соглашение с адвокатом. Следователи также не предоставили осужденным после возбуждения уголовного дела реализовать право на защиту. Следователь Т. допросил С. и Г. без отдельного поручения, не приняв уголовное дело к своему производству. По делу отсутствуют свидетельства того, что до привлечения к ОРМ Г. у сотрудников правоохранительных органов были основания подозревать С. и Г. в распространении амфетамина, сами рапорта об этом ничем не подтверждены и не являются достаточным основанием для привлечения С. и Г. к уголовной ответственности. Инициатором всех телефонных соединений между Г. и осужденными был свидетель Г., действовавший под контролем оперативных сотрудников. При этом С. и Г. на звонки Г. не ответили, трубки не брали. Таким образом, результаты ОРМ «проверочная закупка» не могут быть положены в основу виновности осужденных и должны быть признаны недопустимыми доказательствами, поскольку свидетельствуют об отсутствии у С. умысла на незаконный оборот наркотических средств, этот умысел был сформирован деятельностью сотрудников оперативных подразделений. Также суд вынес несправедливый приговор, назначив наказание, не соответствующее личности С. Критическая оценка судом позиций подсудимых не основана на законе, не может быть признана обоснованной. Показания подсудимых подтверждаются показаниями свидетелей и биллингом телефонных соединений. Вывод суда о наличии в действиях осужденных предварительного сговора не подтверждается доказательствами по делу. Защитник также указывает на противоречивость и недостоверность показаний Г., на его стремление при задержании уменьшить степень своей ответственности и заинтересованность в исходе дела, как и сотрудников полиции, на конституционные нарушения оперативными сотрудниками прав С., что влечет признание недостоверными и недопустимыми доказательствами состоявшиеся телефонные разговоры Г. и осужденных. По делу установлены противоречивые обстоятельства, послужившие основанием к проведению ОРМ «проверочная закупка», которое проведено необоснованно. Суд при вынесении приговора также нарушил требования п. п. 1, 2, 3 ч. 1 ст. 389.16 УПК РФ. Защитник отмечает, что суд не опроверг доводы защиты в заявленных им в судебном заседании ходатайствах. Кроме того, защитник считает все изложенные в приговоре выводы суда несостоятельными, не соответствующими материалам дела и протоколу судебного заседания. Суд не привел доказательств согласованности действий подсудимых и наличия у них предварительного сговора. Считает, что С. незаконно привлечена к уголовной ответственности, оснований считать, что в ее действиях усматриваются признаки преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 п. п. «а, б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, не имеется. Нарушены требования ч. 1 ст. 171 УПК РФ, так как С. предъявлено обвинение при отсутствии достаточных доказательств совершения ею преступления. Уголовное преследование в отношении С. подлежит прекращению на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. Судом установлено в ходе рассмотрения дела, что в отношении С. и Г. со стороны сотрудников полиции и лица, выступающего в качестве закупщика Г., были совершены подстрекательские и провокационные действия. Закупщик Г. не утверждал, что он ранее покупал либо иным способом получал психотропное вещество у С. и Г. Защитник отмечает, что результаты проверочной закупки являются недопустимыми доказательствами. В действиях С. и Г. отсутствует совместность и согласованность, единый умысел на совершение преступления. С. не была осведомлена о возможных противоправных действиях Г. Оперативные сотрудники не обладали информацией о том, что Г. и С. ранее занимались сбытом психотропных веществ либо имели самостоятельно сформировавшийся умысел на сбыт амфетамина. Стороной обвинения не установлены время, место и обстоятельства приобретения психотропного вещества, не установлены место, время, обстоятельства формирования совместно преступного умысла на совершение преступления. При указанных обстоятельствах уголовное преследование в отношении С. подлежит прекращению за отсутствием в ее действиях состава преступления в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. Защитник обращает внимание, что в постановлении о рассекречивании результатов ОРД не указано, какие именно материалы или документы подлежат рассекречиванию, этот документ не соответствует обязательной, указанной в инструкции форме его составления. С учетом изложенного защитник просит отменить приговор суда, оправдать С., уголовное дело в отношении нее прекратить, в случае отказа от вышеуказанного требования приговор суда изменить, переквалифицировать действия С. на ч. 5 ст. 33 ч. 1 ст. 228 УК РФ, назначить ей наказание в пределах санкции указанной статьи без реального лишения свободы; в случае отказа от данного требования снизить С. наказание до 3 лет лишения свободы с применением ч. 6 ст. 15, ст. ст. 64, 73 УК РФ.

В апелляционной жалобе адвокат С.П.И. в защиту осужденной Г.У., выражая несогласие с приговором суда, считает его незаконным, необоснованным, немотивированным. В обоснование доводов жалобы указывает, что обвинение Г. построено на недопустимых доказательствах и предположениях с использованием запрещенного законом метода провокации. Г. своей навязчивостью, диктуемой сотрудниками полиции, путем подстрекательства сформировал у Г. умысел на сбыт наркотических средств. В момент заявления Г. о якобы добровольном сотрудничестве в отношении него было возбуждено уголовное дело, он был задержан и под диктовку сотрудников полиции написал заявление. Суд не принял во внимание, что именно провокационное предложение, исходящее от Г., действующего под прикрытием сотрудников полиции, сформировало у Г. умысел на совершение преступления, именно сотрудники полиции в лице Г. вовлекли Г. в преступную деятельность. Оперативных дел по факту получения оперативной информации о противоправной деятельности Г. и С. не заводилось. При производстве следственных действий были нарушены нормы УПК РФ. Сотрудники полиции также нарушили требования ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности, ФЗ «О полиции». Защитник отмечает, что свидетели указали о том, что Г. согласилась добровольно выдать наркотические средства, которые были обнаружены в одном из тайников, указанных Г. Такой вид ОРМ как контроль переговоров проводился с нарушением Конституции РФ, гарантирующей право на неприкосновенность частной жизни, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений. Ни в какой сговор Г. со С. не вступала, тем более, что намерений на сбыт наркотических веществ у Г. не было. Обвинение по ч. 1 ст. 228 УК РФ основано на недопустимых доказательствах, протокол обыска в квартире составлен с нарушением требований ст. 182 УПК РФ без выполнения требований ст. 166 УПК РФ, так как обнаружение наркотических средств в одном из мест, указанном Г., не фиксировалось, не указано, выданы ли обнаруженные предметы добровольно или изъяты принудительно. Считает, что в действиях Г. имеется активное способствование в раскрытии преступления, а также она должна быть освобождена от уголовной ответственности по ч. 1 ст. 228 УК РФ, так как добровольно выдала наркотические средства. Указанные судом в приговоре смягчающие обстоятельства давали суду основания назначить осужденной наказание в соответствии со ст. 73 УК РФ, а также позволяли изменить категорию преступления в порядке ч. 6 ст. 15 УК РФ на менее тяжкую, однако суд назначил излишне суровое наказание. Защитник считает, что у суда были основания для признания смягчающими и других, не указанных в приговоре обстоятельств, как-то: провокационная роль Г., активное способствование раскрытию преступления, ложное чувство товарищества, грубые нарушения закона в ходе следствия. С учетом изложенного защитник просит приговор суда в отношении Г. отменить и передать дело на новое рассмотрение в суд со стадии подготовки к судебному заседанию.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденная С. выражает несогласие с приговором суда, считает его подлежащим отмене на основании п. п. 1, 2, 4 ст. 389.15 УПК РФ. В обоснование доводов жалобы указывает, что нет доказательств того, что она и Г. предварительно договорились о совершении преступления. Г. изначально договорился с Г. о покупке амфетамина, а с ней у него договоренности не было, ей он звонил, так как не мог связаться с Г. долгое время. Осужденная ссылается на показания свидетелей У. и Д., подтвердивших отсутствие ее осведомленности о преступных действиях Г., и в том числе на показания свидетеля Г. о том, что она ранее никому не продавала наркотические средства. Обращает внимание, что Г. неоднократно менял показания, его показания противоречат друг другу. Содеянное ею могло быть квалифицировано как пособничество в приобретении психотропного вещества по ч. 5 ст. 33 ч. 1 ст. 228 УК РФ, так как Г. обратился к ней за помощью в приобретении амфетамина, когда Г. престала ему отвечать по телефону, при этом она не имела при себе наркотическое средство. С учетом изложенного осужденная просит приговор суда отменить, передать дело в прокуратуру для переквалификации ее действий на ч. 5 ст. 33 ч. 1 ст. 228 УК РФ, переквалифицировать ее действия на ч. 5 ст. 33 ч. 1 ст. 228 УК РФ, снизить наказание в пределах санкции данной статьи.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденная Г.У., выражая несогласие с приговором суда, считает его незаконным, необоснованным, чрезмерно суровым, несправедливым, не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела. В обоснование своей жалобы указывает, что судом не установлено наличие доказательств, что она занималась систематическим сбытом наркотических средств. Сбыт ею амфетамина имел место только благодаря действиям оперативных сотрудников и закупщика Г., который целенаправленно спровоцировал ее. Суд не обратил внимание на то, что именно сподвигло Г дать показания на следствии против нее. Судом не были взяты во внимание и противоречия в показаниях оперативных сотрудников и Г. Какие-либо доказательства того, что она совершала аналогичные действия в отношении других лиц, отсутствуют. Провокационные действия сотрудников полиции доказывает и детализация ее телефонного номера, свидетельствующая о том, что инициатива в приобретении наркотика исходила не от нее, а от Г., который в этот момент находился в отделе полиции в статусе задержанного по подозрению в хранении амфетамина. Осужденная указывает на незаконность и необоснованность ОРМ «проверочная закупка». У нее не было умысла на передачу конкретного количества наркотического вещества, она лишь согласилась на оказание помощи наркозависимому лицу, как и она сама. Осужденная отмечает, что судом были нарушены принципы презумпции невиновности и состязательности сторон. Она утверждает, что инициатива сбыта наркотических средств принадлежала сотрудникам полиции, а Г. осуществлял эту инициативу, она с ним не связывалась, что подтверждает детализация звонков с ее телефона на ее телефон и телефон С. В связи с этим у нее отсутствовал умысел, направленный на незаконное распространение наркотических средств, а лицами, которые были заинтересованы в сбыте наркотических средств, оказались оперативные сотрудники, действовавшие через закупщика Г., в отношении которого на тот момент было возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 228 УК РФ. Еще на стадии подготовки к проведению ОРМ «проверочная закупка» не имелось достаточных оснований подозревать ее и С. в причастности к совершению преступлений, направленных на незаконное распространение наркотических средств. Законность проведения ОРМ «проверочная закупка» в отношении нее и С. ставится под сомнение, так как нарушены положения ст. 5 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности». По факту было проведено еще одно ОРМ «контроль переговоров», осуществленное с нарушением закона, поскольку не было санкционировано Мосгорсудом. Она явно не выражала согласие на продажу Г наркотического средства за денежное вознаграждение. Навязчивость Г. была продиктована сотрудниками полиции, которые сами назвали количество необходимого Г амфетамина и контролировали его действия. Навязчивое и провокационное поведение Г. повлияло на ее свободу выбора и сформировало у нее умысел в передаче ему амфетамина, так как другой альтернативы у нее не было. Ею руководили сострадание, жалость, ложное чувство товарищества. Осужденная указывает на подтверждающие ее показания об отсутствии намерений сбывать амфетамин Г. показания свидетеля Д. Суд поверхностно оценил материалы дела и не придал значения показаниям свидетелей в той части, в которой они не соответствовали позиции обвинения. Суд оставил без внимания наличие в действиях сотрудников полиции провокации и не стал выявлять в этих действиях подстрекательский характер. С учетом изложенного осужденная просит приговор суда отменить или изменить, прекратить производство по уголовному делу на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в ее действиях состава преступления, в связи с провокационными действиями сотрудников полиции.

В возражениях на апелляционные жалобы адвокатов и осужденных государственный обвинитель Г.Д.Д. указывает, что доводы апелляционных жалоб являются необоснованными и подлежащими отклонению, поскольку выводы суда о виновности осужденных в совершении инкриминируемых им преступлениях основаны на совокупности доказательств, в том числе показаниях самих осужденных, рассмотренных судом полно, всесторонне и объективно. Суд оценил каждое из приведенных доказательств с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а все эти доказательства — с точки зрения достаточности для разрешения дела и пришел к правильному выводу о виновности осужденных в совершении указанных преступлений. Вывод суда об отсутствии элементов провокации преступления со стороны оперативных сотрудников и Г. надлежащим образом мотивирован в приговоре. Доводы, изложенные в апелляционных жалобах, заявлялись стороной защиты в ходе судебного разбирательства, получили мотивированную оценку в приговоре и были обоснованно отклонены. Иных доводов, которые не были предметом исследования суда и опровергали бы выводы судебного решения, апелляционные жалобы не содержат. При назначении наказания судом соблюдены требования уголовного закона, учтены данные о личности осужденных, влияние наказания на их исправление и на условия жизни их семей, смягчающие наказание обстоятельства. Таким образом, выводы суда о виновности осужденных, назначении вида и размера наказания являются мотивированными и обоснованными, а назначенное наказание отвечает требованиям соразмерности и справедливости. Решение суда основано на правильном применении норм материального права, нарушений норм процессуального права органами предварительного следствия и судом не допущено. С учетом изложенного государственный обвинитель просит приговор суда оставить без изменения, апелляционные жалобы — без удовлетворения.

В заседании суда апелляционной инстанции осужденные Г.У. и С., адвокаты С.П.И. и К.Э.В. доводы апелляционных жалоб поддержали, просили отменить приговор в отношении осужденных с вынесением оправдательного приговора и изменить приговор в отношении осужденных с переквалификацией их действий и со смягчением назначенного им наказания.

Прокурор И.В.Е., полагая, что приговор в отношении осужденных является законным, обоснованным и справедливым, просил оставить его без изменения.

С согласия сторон судебная коллегия рассмотрела апелляционные жалобы осужденных и адвокатов без проверки доказательств, которые были исследованы судом первой инстанции.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционных жалоб осужденных и адвокатов, судебная коллегия находит приговор законным, обоснованным и справедливым.

Вина Г.У. и С. в совершении группой лиц по предварительному сговору покушения на незаконный сбыт психотропного вещества, в значительном размере, а также вина Г.У. в незаконном хранении без цели сбыта психотропного вещества, в значительном размере подтверждается:

— показаниями понятого В. о законности изъятия в его присутствии и в присутствии второго понятого у Г.П. сумки с находящимся в ней психотропным веществом, проданным ему Г.У. за * рублей в ходе проведения ОРМ «проверочная закупка», упакованным, опечатанным и скрепленным надлежащим образом, о чем был составлен подписанными всеми участниками соответствующий протокол;

— показаниями понятого Н. о законности осмотра Г.П., выдачи в его присутствии и в присутствии второго понятого Г.П. денежных средств в размере 2000 рублей для контрольной закупки наркотических средств у Г.У. и С. закупщиком Г.П., а также инструктаже Г.П., который дал свое добровольное согласие на участием в ОРМ, о чем составлены соответствующие протоколы, в которых расписались все участвовавшие лица;

— показаниями сотрудника полиции А.И., подтвердившего факт добровольного участия закупщика Г.П. в проведении ОРМ «проверочная закупка» психотропных веществ. При этом Г.П. пояснил, что наркотики покупал у С. и Г.Т., в связи с чем в отношении них было принято решение о проведении ОРМ «проверочная закупка». Далее Г.П. созвонился с Г.У., которая выразила готовность продать ему амфетамин и назначила встречу по указанному адресу, в ходе которой Г.П. позвонил С. и спросил, может ли она продать ему амфетамин в количестве 2 грамм и сколько это будет стоить, на что та ответила, что сможет продать и это будет стоить * рублей, затем С. сказала, что кто-то из них вынесет наркотик, передала трубку Г.У., подтвердившей сказанное С. и сообщившей, что сейчас вынесет наркотик. Далее Г.У. передала Г.П. сумку, а взамен получила деньги, после чего была задержана, а затем была задержана и С. Также А.И. подтвердил законность проведения в присутствии понятых досмотра Г.П. на предмет наличия запрещенных веществ, предметов, законность выдачи в присутствии понятых ему отксерокопированных денежных средств для проведения проверочной закупки. У Г.У. при личном досмотре были изъяты денежные средства;

— показаниями понятых З.Е.М. и А.О., а также сотрудника полиции А.А., подтвердивших факт законности проведения в присутствии понятых обыска в квартире по месту жительства Г.У. и изъятия оттуда психотропного вещества, о чем был составлен соответствующий протокол, в котором расписались все присутствовавшие лица;

— показаниями сотрудника полиции А.П., подтвердившего факт добровольного участия Г.П. в изобличении сбытчиков амфетамина Г.У. и С., а также факт законности проведения подготовительных действий к ОРМ «проверочная закупка», факт обсуждения С. в разговоре с Г.П. стоимости и количества амфетамина, факт передачи Г.У. Г.П. амфетамина и получения ею от последнего денежных средств, факт законности проведения обыска в квартире по месту жительства Г.У. и С. и изъятия наркотических средств;

— показаниями свидетеля Г.П., подтвердившего факт своего добровольного участия в изобличении сбытчиков амфетамина Г.У. и С., а также факт предварительной договоренности с Г.У. о сбыте ему амфетамина в количестве 2 грамм за 2000 рублей, факт законности проведения подготовительных действий к ОРМ «проверочная закупка», в том числе инструктажа в присутствии понятых, досмотра в присутствии понятых на предмет наличий запрещенных веществ и предметов, выдачи в присутствии понятых ему для закупки амфетамина денежных средств в размере 2000 рублей, факт обсуждения со С. в разговоре продажи ему амфетамина, количества и стоимости амфетамина, факт передачи ему Г.У. амфетамина и получения взамен от него денежных средств, факт добровольной выдачи им в присутствии понятых сумки с проданным ему Г.У. амфетамином, о чем был составлен соответствующий протокол;

— показаниями понятой Р., подтвердившей факт изъятия в ее присутствии и в присутствии второй понятой у Г.У. денежных средств размере 2000 рублей, которые той передал Г.П. за продажу ему амфетамина, о чем был составлен соответствующий протокол, в котором расписались все присутствовавшие лица;

— материалами ОРМ «проверочная закупка», в том числе заявлением Г.П. о добровольном желании оказать содействие в изобличении Г.У. и С., занимающихся распространением амфетамина по цене 1000 рублей за 1 грамм, протоколом личного досмотра Г.У. в присутствии понятых и изъятия у нее денежных средств в размере 2000 рублей, переданных ей Г.П. за продажу амфетамина, протоколом личного досмотра Г.П. в присутствии понятых и изъятия у него сумки с амфетамином, переданным ему Г.У. в ходе ОРМ «проверочная закупка»;

— протоколом обыска в присутствии понятых в квартире по месту жительства Г.У. и С., в ходе которого было обнаружено и изъято психотропное вещество амфетамин;

— протоколом осмотра информации с детализацией соединений с телефонного номера Г.У. и С., с телефонного номера Г.П., подтверждающей установленные в ходе ОРМ «проверочная закупка» обстоятельства сбыта Г.У. и С. Г.П. психотропного вещества амфетамина;

— вещественными доказательствами, коими признаны денежные средства в размере 2000 рублей, психотропное вещество амфетамин, изъятое у Г.П. и по месту жительства Г.У., информация с детализацией телефонных соединений Г.У., С., Г.П.;

— заключениями химических экспертиз о том, что изъятое у Г.П. и в ходе обыска в квартире Г.У. и С. вещество является однородным по качественному и количественному составу психотропным веществом амфетамином.

Таким образом, вопреки доводам апелляционных жалоб осужденных и адвокатов вина Г.У. и С. в совершении покушения на незаконный сбыт психотропного вещества Г.П., группой лиц по предварительному сговору между собой, полностью подтверждается совокупностью вышеизложенных доказательств, исследованных судом первой инстанции и обоснованно положенных в основу приговора.

При этом суд в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона правильно оценил все доказательства по делу с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности достаточности для правильного разрешения дела и пришел к обоснованному выводу о виновности осужденных в совершении вышеуказанного преступления.

Суд учел все обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда о виновности осужденных в совершении группой лиц по предварительному сговору покушения на незаконный сбыт психотропного вещества Г.П., а также указал, по каким основаниям принял доказательства обвинения и отверг доказательства со стороны защиты, в том числе показания свидетелей защиты У. и Д., представленные защитой документы. Не согласиться с выводами суда первой инстанции у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, судебная коллегия не усматривает в действиях Г.П. и сотрудников полиции провокации и подстрекательства, поскольку из совокупности вышеизложенных доказательств, в том числе показаний Г.П., сотрудников полиции и материалов ОРМ «проверочная закупка» следует, что умысел осужденных на сбыт Г.П. психотропного вещества сформировался независимо от воли и действий Г.П. и сотрудников полиции. При этом осужденные не отказались, имея реальную возможность, от предложения Г.П. продать ему амфетамин, а добровольно совершали целенаправленные действия по сбыту ему психотропного вещества.

Все материалы ОРМ «проверочная закупка» и действия сотрудников полиции и Г.П. в осуществление данного мероприятия носили законный и обоснованный характер, сформированы и произведены на основании добровольного желания Г.П. изобличить Г.У. и С. в сбыте амфетамина, подтверждены независимыми посторонними лицами, участвовавшими в собирании и закреплении материалов ОРМ, поэтому они, наряду с показаниями сотрудников полиции, подвершившими их достоверность и объективность, являются допустимыми доказательствами по делу. Никаких существенных нарушений требований закона, влияющих на допустимость в качестве доказательств материалов ОРМ «проверочная закупка» судом апелляционной инстанции не установлено.

Тот факт, что в ОРМ «проверочная закупка» участвовали личные денежные средства сотрудника полиции, не умаляет законность и обоснованность проведения самого оперативно-розыскного мероприятия.

Иного оперативно-розыскного мероприятия, в том числе контроля телефонных переговоров, не проводилось, конституционное право Г.П. на тайну телефонных переговоров не нарушено, поскольку громкая связь на его телефоне при соединении с осужденными была осуществлена с его согласия, поэтому доводы апелляционных жалоб о нарушении тайны телефонных переговоров сотрудниками полиции при проведении ОРМ «контроль переговоров» являются несостоятельными.

Оснований не доверять показаниям свидетеля Г.П. у суда апелляционной инстанции не имеется, поскольку они подтверждены материалами ОРМ «проверочная закупка» и всеми последующими действиями осужденных, свои показания Г.П. также подтвердил на очных ставках с Г.У. и С., дал последовательные и непротиворечивые показания в ходе следствия, подтвердив их в суде. При таких обстоятельствах судебная коллегия не усматривает никаких объективных оснований для оговора Г.П. осужденных в том, что те не совершали, и в искажении реально происшедших событий. Замечания на протокол судебного заседания осужденной С. в части неполноты показаний свидетеля Г.П. были судом отклонены как необоснованные, в то же время судом констатировано, что изложенное в протоколе судебного заседания соответствует действительности, а согласно протоколу судебного заседания показания свидетелей, данные в ходе предварительного следствия, и в том числе показания свидетеля Г.П., исследовались и проверялись судом.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, все действия осужденных, направленные на незаконный сбыт Г.П. психотропного вещества, носили совместный согласованный характер с целью сбыть ему амфетамин по достигнутой договоренности, при этом Г.У. предварительно договаривалась с Г.П. о месте и времени сбыта, о количестве и стоимости приобретаемого им психотропного вещества, С. подтвердила количество и стоимость продаваемого амфетамина и место и время встречи Г.У. для его передачи Г.П., высказывая свою осведомленность относительно договоренности Г.У. с Г.П. о сбыте амфетамина, в связи с чем в действиях осужденных имеет место квалифицирующий признак покушения на незаконный сбыт психотропного вещества — группой лиц по предварительному сговору, поскольку осужденные заранее договорились о сбыте Г.П. амфетамина и вместе участвовали в сбыте ему психотропного вещества, и отсутствует пособничество в приобретении амфетамина Г.П.

Из протокола обыска в квартире Г.У. и С. усматривается, что он проведен в соответствии с требованиями ст. ст. 182, 165, 166 УПК РФ в случаях, не терпящих отлагательств, его законность и обоснованность подтверждены соответствующим решением суда, в связи с чем довод апелляционной жалобы защитника в этой части является несостоятельным.

Несмотря на доводы защиты, в действиях Г.У. нет активного способствования раскрытию преступления, поскольку для признания указанного обстоятельства смягчающим наказание важным остается условие совершения такого действия добровольно, а не под давлением имеющихся улик. Вместе с тем, Г.У. была задержана на месте преступления по факту незаконного оборота психотропных веществ, в связи с чем указание осужденной на наличие у нее по месту проживания психотропных веществ существенно не повлияло на ход расследования, а также не является добровольной выдачей психотропных веществ по смыслу примечания к ст. 228 УК РФ.

Судебная коллегия обращает также внимание на то, что суд первой инстанции все изложенные защитой доводы надлежащим образом проверил и оценил, придя к обоснованному выводу об их несостоятельности, с чем суд апелляционной инстанции соглашается, поскольку эти выводы основаны на правильно установленных в судебном заседании на основании исследованных материалов уголовного дела обстоятельствах.

Суд апелляционной инстанции также не усматривает нарушений права на защиту осужденных при задержании и проведении последующих следственных действий с ними, поскольку им разъяснялись предусмотренные уголовно-процессуальным законом права, в том числе право иметь защитника по соглашению или по назначению, и осужденные пользовались всеми предусмотренными для них уголовно-процессуальным законом правами.

Действия Г.У. и С. правильно квалифицированы судом по ч. 3 ст. 30 п. п. «а, б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ. Действия Г.У. также правильно квалифицированы и по ч. 1 ст. 228 УК РФ. Оснований для переквалификации действий осужденных на иную статью уголовного закона не имеется.

Вопреки доводам апелляционных жалоб никаких нарушений уголовно-процессуального закона ни в ходе предварительного следствия, ни при проведении судебного заседания и постановлении приговора по делу не допущено. Все фактические обстоятельства установлены судом правильно на основании материалов уголовного дела. Все следственные действия проводились уполномоченными на их производство должностными лицами, как руководителем следственной группы, так и членом следственной группы, который не должен принимать отдельно уголовное дело к своему производству, эта обязанность лежит на руководителе следственной группы.

Решая вопрос о назначении Г.У. и С. наказания, суд учел характер и степень общественной опасности содеянного, степень участия каждой в совершенном групповом преступлении, данные о личности осужденных, а именно то, что Г.У. и С. ранее не судимы, Г.У. положительно характеризуется по месту учебы и по предыдущему месту учебы, имеет многочисленные грамоты, дипломы, благодарности, С. положительно характеризуется по месту работы и по месту учебы, имеет многочисленные грамоты, диплоты, благодарности, Г.У. и С. положительно характеризуются по месту жительства.

Обстоятельствами, смягчающими наказание Г.У., суд обоснованно признал молодой возраст, полное признание вины в незаконном хранении без цели сбыта психотропного вещества, раскаяние в содеянном, оказание помощи в быту бабушке преклонного возраста, состояние здоровья Г.У., наличие у последней заболеваний.

Обстоятельствами, смягчающими наказание С., суд обоснованно признал молодой возраст, оказание помощи в быту маме, страдающей серьезными хроническими заболеваниями, преклонного возраста бабушке, страдающей серьезными хроническими заболеваниями, и дедушке — инвалиду 2 группы, состояние здоровья самой С., имеющей ряд серьезных хронических заболеваний.

Обстоятельств, отягчающих наказание осужденным, по делу не установлено.

Иных обстоятельств, не учтенных судом и отнесенных ст. 61 УК РФ к смягчающим наказание, в материалах уголовного дела не имеется и в апелляционных жалобах не содержится.

Суд обоснованно признал совокупность вышеуказанных смягчающих обстоятельств исключительной, существенно уменьшающей степень общественной опасности совершенных деяний, в связи с чем справедливо назначил осужденным наказание с применением ст. 64 УК РФ, ниже низшего предела, предусмотренного санкцией ч. 3 ст. 30 п. п. «а, б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ.

Оснований для применения к осужденным положений ст. 73 УК РФ судом не установлено и из материалов уголовного дела не следует.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката, оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ не имеется, учитывая фактические обстоятельства совершенного преступления.

При таких обстоятельствах, назначенное Г.У. и С. наказание, является справедливым, по своему виду и размеру оно отвечает закрепленным в уголовном законодательстве РФ целям исправления осужденных и предупреждения совершения ими новых преступлений, а также принципам справедливости и гуманизма.

Принцип совокупности преступлений, предусмотренный ч. 2 ст. 69 УК РФ, в части осуждения Г.У. судом первой инстанции соблюден.

Вид исправительного учреждения — исправительная колония общего режима — осужденным назначен правильно в соответствии с требованиями п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Оснований для отмены или изменения приговора, в том числе по доводам апелляционных жалоб осужденных и адвокатов, смягчения назначенного наказания, судебная коллегия не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

Приговор Хамовнического районного суда города Москвы от 05 апреля 2016 года в отношении Г. * и С. * оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденных и адвокатов — без удовлетворения.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

девятнадцать − четыре =