Апелляционное определение Северо-Кавказского окружного военного суда от 04.09.2019 N 33а-1120/2019

Апелляционное определение Северо-Кавказского окружного военного суда от 04.09.2019 N 33а-1120/2019. Требование: О присуждении компенсации за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок. Решение: В удовлетворении требования отказано.

СЕВЕРО-КАВКАЗСКИЙ ОКРУЖНОЙ ВОЕННЫЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 4 сентября 2019 г. N 33а-1120/2019

Судебная коллегия по административным делам Северо-Кавказского окружного военного суда в составе: …

рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело по апелляционной жалобе административного истца на решение Северо-Кавказского окружного военного суда от 6 июня 2019 г., которым отказано в удовлетворении требований майора запаса К. о присуждении компенсации за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок (далее — компенсация).

Заслушав доклад судьи М.Д.В., изложившего обстоятельства дела, содержание решения суда и доводы апелляционной жалобы, объяснения представителя Следственного комитета Российской Федерации (далее — СК РФ) — полковника юстиции Р.А.А., военного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Южному военному округу (далее — ВСУ по ЮВО) — подполковника юстиции Р.А.В., 505 военного следственного отдела Следственного комитета Российской Федерации (далее — 505 ВСО) — майора юстиции С., военной прокуратуры Южного военного округа (далее — ВП ЮВО) — подполковника юстиции М., командира войсковой части N — капитана юстиции Т., возражавших против доводов жалобы, судебная коллегия

установила:

К. обратился в суд с административным исковым заявлением о присуждении компенсации за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок в размере 1 500000 руб.

Решением окружного военного суда в удовлетворении заявленных требований отказано.

В апелляционной жалобе истец просит решение суда отменить и принять по делу новое решение об удовлетворении заявленных требований.

В обоснование он указывает, что в решении суда неправильно изложены возражения лиц, участвующих в деле, на поданный иск. Суд неправильно истолковал положения статьи 6.1 УПК РФ, так как своевременность подачи обращения не может быть определена в виде абсолютной величины, а является оценочной в каждом конкретном случае. Действующими нормативно-правовыми актами на гражданина не возложена обязанность обратиться с заявлением о преступлении до истечения срока давности уголовного преследования. Автор жалобы не согласен с выводом суда о том, что он обратился в следственный орган с заявлением о преступлении после истечения срока привлечения виновного лица к уголовной ответственности. Приводя собственный анализ положений статей 126 и 127 УК РФ, К. полагает, что в августе 2001 года в отношении него были совершены тяжкие преступления, в связи с чем срок обращения с заявлением о компенсации им не пропущен и оно подлежит удовлетворению.

Рассмотрев материалы дела и обсудив доводы, приведенные в апелляционной жалобе, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции.

В соответствии с частями 1 и 3.3 ст. 6.1 УПК РФ уголовное судопроизводство осуществляется в разумный срок и в сроки, установленные УПК РФ. Продление этих сроков допустимо в случаях и в порядке, которые предусмотрены названным Кодексом, но уголовное преследование, назначение наказания и прекращение уголовного преследования должны осуществляться в разумный срок. При определении разумного срока досудебного производства, который включает в себя период со дня подачи заявления, сообщения о преступлении до дня принятия решения об отказе в возбуждении уголовного дела по основанию, предусмотренному пунктом 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, учитывается, в частности, своевременность обращения лица, которому деянием, запрещенным уголовным законом, причинен вред, с заявлением о преступлении.

Положения части 3.3 были введены Федеральным законом от 3 июля 2016 г. N 331-ФЗ «О внесении изменений в статью 6.1 Уголовно — процессуального кодекса Российской Федерации» и распространили свое действие на правоотношения, возникшие с 11 ноября 2014 г. (дата принятия постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 11 ноября 2014 г. N 28-П).

Согласно части 7.3 ст. 3 Федерального закона от 30 апреля 2010 г. N 68-ФЗ «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» (далее — Федеральный закон о компенсации) заявление о присуждении компенсации может быть подано в суд, в частности, заинтересованным лицом, которому деянием, запрещенным уголовным законом, причинен вред, в шестимесячный срок со дня принятия следователем, руководителем следственного органа постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, если продолжительность досудебного производства со дня подачи заявления, сообщения о преступлении до дня принятия по указанному основанию решения об отказе в возбуждении уголовного дела превысила шесть месяцев и имеются данные, свидетельствующие о своевременности обращения с заявлением о преступлении, а также о непринятии следователем, руководителем следственного органа, прокурором мер, предусмотренных уголовно-процессуальным законодательством Российской Федерации и необходимых в целях своевременного возбуждения уголовного дела, и (или) о неоднократной отмене прокурором, руководителем следственного органа или судом незаконных решений, в частности об отказе в возбуждении уголовного дела.

Аналогичные положения, связанные с возможностью заинтересованного лица обратиться с заявлением о компенсации лишь в случае наличия данных, свидетельствующих о своевременности обращения с заявлением о преступлении, содержатся и в части 8 ст. 250 КАС РФ.

Конституционный Суд Российской Федерации в пункте 4.3 постановления от 11 ноября 2014 года N 28-П «По делу о проверке конституционности положений части 1 ст. 1 Федерального закона «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» и части 3 ст. 6.1 УПК РФ» указал, что в заявлении о присуждении компенсации должны быть указаны известные подающему это заявление лицу обстоятельства, повлиявшие, по его мнению, на длительность производства по делу вплоть до истечения сроков давности уголовного преследования, в том числе свидетельствующие о своевременности обращения с заявлением о преступлении, о бездействии дознавателя, следователя, прокурора, руководителя следственного органа, о неоднократной отмене процессуальных решений об отказе в возбуждении уголовного дела, незаконность которых подтверждена решениями прокурора, руководителя следственного органа или суда, вынесенными в установленном законом порядке.

При этом, во всяком случае, предполагается, что лицо обратилось с заявлением о преступлении своевременно, то есть в течение непродолжительного срока с момента, когда оно узнало или должно было узнать о деянии, имеющем признаки преступления, а связанные с проверкой заявления о преступлении, решением вопроса о возбуждении уголовного дела и установлением подозреваемого (обвиняемого) в совершении преступления действия прокурора, руководителя следственного органа, следователя, начальника подразделения дознания, органа дознания, дознавателя — исходя из указанных в заявлении о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок обстоятельств — нуждаются в дополнительной оценке с точки зрения их достаточности и эффективности.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 марта 2016 года N 11 «О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении дел о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок», следует, что при наличии данных о своевременном обращении с заявлением о преступлении заинтересованного лица, которому деянием, запрещенным уголовным законом, причинен вред, Федеральный закон о компенсации распространяется на случаи длительного судопроизводства, когда принято решение, в частности, об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, если позиция органов дознания, следствия, прокуратуры относительно наличия или отсутствия оснований для возбуждения уголовного дела неоднократно менялась и (или) если впоследствии установлено, что отказ в возбуждении уголовного дела в период до истечения сроков давности уголовного преследования был незаконным, необоснованным.

Согласно взаимосвязанным положениям указанных правовых актов, а также постановлений Конституционного Суда Российской Федерации и Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что одним из обстоятельств, имеющих существенное значение для рассмотрения настоящего дела, является правильное определение своевременности обращения административного истца с заявлением о преступлении, а именно до истечения сроков давности привлечения к уголовной ответственности, на что обращено внимание в указанных постановлениях, положения которых должны учитываться судом при разрешении административных дел. Об этом указано в пункте 4 ч. 4 ст. 180 КАС РФ.

Из материалов досудебного производства следует, что 14 августа 2001 г. по указанию командования войсковой части N К. был помещен в изолированное помещение в виде кузова унифицированного герметизированного автомобиля, где содержался около 16 часов.

1 июля 2008 г. он обратился к военному прокурору Северо-Кавказского военного округа (ныне ВП ЮВО) с заявлением о привлечении к уголовной ответственности командира, заместителя командира и начальника штаба войсковой части N. В этом заявлении он изложил события, произошедшие с ним 14 августа 2001 г.

2 сентября 2008 г. это заявление поступило в 505 ВСО и по нему была проведена проверка. 11 сентября того же года следователем 505 ВСО было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного пунктом «а» ч. 2 ст. 127 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием в деянии состава преступления. Однако постановлением заместителя военного прокурора — войсковая часть 20102 от 21 ноября 2012 г. это постановление было отменено, поскольку не были выполнены необходимые следственные мероприятия.

Всего в период со 2 сентября 2008 г. до 12 ноября 2018 г. было вынесено 14 постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела по признакам состава преступления, предусмотренного пунктами «а» и «в» ч. 2 ст. 127 УК РФ, то есть незаконное лишение свободы человека, не связанное с его похищением. Первые два постановления об отказе в возбуждении уголовного дела (от 11 сентября 2008 г. и от 30 декабря 2012 г.) были вынесены по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием события и состава преступления. Все последующие 12 постановлений были вынесены по основаниям, предусмотренным пунктом 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ — в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

В тексте документа, видимо, допущена опечатка: в части 1 статьи 286 Уголовного кодекса РФ пункты отсутствуют, имеется в виду пункт «в» части 3 статьи 286 УК РФ.

12 ноября 2018 г. следователем 505 ВСО вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с истечением сроков давности, но уже по признакам преступлений, предусмотренных частью 1 ст. 112, пп. «а» и «в» ч. 2 ст. 126, п. «в» ч. 2 ст. 127, п. «в» ч. 1 ст. 286 и ч. 1 ст. 293 УК РФ.

Все перечисленные в данном постановлении составы преступлений, за исключением предусмотренных подпунктами «а» и «в» ч. 2 ст. 126 УК РФ, согласно части 3 ст. 15 УК РФ относятся к преступлениям средней тяжести, поскольку за их совершение предусмотрено максимальное наказание, не превышающее пяти лет лишения свободы.

Пунктом «б» ч. 1 ст. 78 УК РФ предусмотрен шестилетний срок давности со дня совершения преступлений названной категории.

Вопреки доводам, изложенным в апелляционной жалобе, у следственных органов не имелось оснований для квалификации противоправных действий, совершенных командованием в отношении истца, по подпунктам «а» и «в» ч. 2 ст. 126 УК РФ, поскольку в ходе проведенных проверок признаков похищения К. 14 августа 2001 г. установлено не было.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что с заявлением от 1 июля 2008 г. о привлечении к уголовной ответственности должностных лиц войсковой части N за незаконное лишение свободы, выразившееся в помещение его 14 августа 2001 г. в кузов унифицированный герметизированный автомобиля, К. обратился по истечении срока давности уголовного преследования. Поэтому обоснованно отказал в удовлетворении поданного заявления.

Неточное изложение в решении суда возражений лиц, участвующих в деле, не может являться основанием для отмены судебного решения, так как в соответствии с частью 4 ст. 310 КАС РФ нарушение или неправильное применение норм процессуального права является основанием для изменения или отмены решения суда первой инстанции, если это нарушение или неправильное применение привело к принятию неправильного решения. К таковым нарушениям допущенные недостатки в изложении решения не относятся.

Таким образом, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 309 и 311 КАС РФ, судебная коллегия

определила:

решение Северо-Кавказского окружного военного суда от 6 июня 2019 г. по административному исковому заявлению К. оставить без изменения, а апелляционную жалобу истца — без удовлетворения.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

пять × 1 =