Встречное исполнение по векселю

В статье Урукова В.Н. «Встречное исполнение по векселю» исследуются вопросы вексельного спора в связи с отсутствием встречного исполнения по векселям. Автор приходит к выводу о том, что встречное исполнение вексельного обязательства законодательством не предусмотрено и само требование противоречит основополагающим принципам вексельного законодательства.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 25.10.2019 признана недействительной сделка по выдаче ООО «Эльгаард» простых собственных векселей ААА N 0011026 от 21.04.2011 номинальной стоимостью 915 915 рублей, ААА N 0011027 от 21.04.2011 номинальной стоимостью 989 350 рублей, ААА N 0011021 от 21.04.2011 номинальной стоимостью 32 000 000 рублей своему единственному участнику и генеральному директору Рыбалко Г.Е.; признаны недействительными векселя ААА N 0011026 от 21.04.2011 номинальной стоимостью 915 915 рублей, ААА N 0011027 от 21.04.2011 номинальной стоимостью 989 350 рублей, ААА N 0011021 от 21.04.2011 номинальной стоимостью 32 000 000 рублей; применены последствия недействительности сделок в виде признания вексельного долга ООО «Эльгаард» по векселям ААА N 0011026 от 21.04.2011 номинальной стоимостью 915 915 рублей, ААА N 0011027 от 21.04.2011 номинальной стоимостью 989 350 рублей, ААА N 0011021 от 21.04.2011 номинальной стоимостью 32 000 000 рублей отсутствующим.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.01.2020 N 09АП-73333/2019, 09АП-73334/2019 по делу N А40-210357/2015 Определение суда оставлено без изменений.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 15.07.2020 N Ф05-13857/2017 по делу N А40-210357/2015 Определение Арбитражного суда города Москвы от 25.10.2019, Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.01.2020 по делу N А40-210357/2015 отменено в части признания недействительными векселей от 21.04.2011 ААА N 0011026 номинальной стоимостью 915 915 руб., от 21.04.2011 ААА N 0011027 номинальной стоимостью 989 350 руб., от 21.04.2011 ААА N 0011021 номинальной стоимостью 32 000 000 руб. Определение Арбитражного суда города Москвы от 25.10.2019, Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.01.2020 по делу N А40-210357/2015 изменить в части применения последствий недействительности сделок. Применить последствия недействительности сделок в виде признания отсутствующими обязательств ООО «Эльгаард» по векселям от 21.04.2011 ААА N 0011026 номинальной стоимостью 915 915 руб., от 21.04.2011 ААА N 0011027 номинальной стоимостью 989 350 руб., от 21.04.2011 ААА N 0011021 номинальной стоимостью 32 000 000 руб.

«Как установлено судом апелляционной инстанции на основании материалов дела, до 29.07.2015 единственным участником и генеральным директором ООО «Эльгаард» являлся Рыбалко Г.Е. Векселя от 21.04.2011 ААА N 0011026 номинальной стоимостью 915 915 руб., от 21.04.2011 ААА N 0011027 номинальной стоимостью 989 350 руб., от 21.04.2011 ААА N 0011021 номинальной стоимостью 32 000 000 руб. выданы ООО «Эльгаард» в пользу единственного участника и генерального директора Рыбалко Г.Е., последним на векселях проставлен бланковый индоссамент «без оборота на меня». Конкурсный управляющий оспорил сделку по выдаче ООО «Эльгаард» собственных векселей Рыбалко Г.Е., действительность самих векселей, ссылаясь на нормы ст. 10, 168 ГК РФ и п. 1 ст. 170 ГК РФ.

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Как следствие, для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным ст. 10 и 168 ГК РФ, необходимо установить, что такая сделка направлена на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (п. 9 Обзора практики применения арбитражными судами ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (утв. информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127)).

В настоящем случае правоотношения, возникшие между сторонами, регулируются общими нормами ГК РФ, а также нормами вексельного законодательства: Федеральным законом от 11.03.1997 N 48-ФЗ «О переводном и простом векселе» и Положением о переводном и простом векселе.

Согласно положениям п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 33, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 14 от 04.12.2000 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с обращением векселей» в случае предъявления требования об оплате векселя лицо, обязанное по векселю, не вправе отказаться от исполнения со ссылкой на отсутствие основания обязательства либо его недействительность, кроме случаев, определенных ст. 17 Положения о переводном и простом векселе, введенного в действие Постановлением Центрального Исполнительного Комитета и Совета Народных Комиссаров Союза Советских Социалистических Республик от 07.08.1937 N 104/1341 (Положения о переводном и простом векселе).

В силу ст. 17 Положения о переводном и простом векселе лицо, к которому предъявлен иск по векселю, вправе ссылаться на возражения, проистекающие из его личных отношений с законным векселедержателем, предъявившим данное исковое требование.

На свои личные отношения к иным лицам, в том числе к предшествующим векселедержателям, должник вправе ссылаться лишь в том случае, когда векселедержатель, приобретая вексель, действовал сознательно в ущерб должнику, то есть если он знал об отсутствии законных оснований к выдаче (передаче) векселя до или во время его приобретения.

Наличие указанных обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности держателя векселя, доказывается лицом, к которому предъявлен иск.

При применении ст. 17 Положения о переводном и простом векселе следует исходить из того, что «личными отношениями» лица, к которому предъявлено требование по векселю, с иными участниками отношений по векселю являются все отношения с ними, основанные на юридических фактах, ссылка на которые или опровержение которых заставили бы их обосновывать свое притязание иначе, чем путем ссылки на порядок, предусмотренный ст. 16 Положения о векселе.

К личным относятся отношения по сделке между конкретными сторонами либо наличие обманных действий со стороны держателя векселя, направленных на получение подписи данного обязанного лица, а также иные отношения, известные лицам, между которыми возник спор об исполнении вексельного обязательства.

Согласно ст. 48 Положения о переводном и простом векселе векселедержатель вправе требовать от обязанных лиц по векселю сумму неоплаченного простого векселя.

Исходя из ст. 17 и 77 Положения о переводном и простом векселе, в абстрактном вексельном обязательстве лицо, обязанное по простому векселю, освобождается от платежа, если оно докажет как наличие у него права на заявление личных возражений держателю ценной бумаги, так и обоснованность этих личных возражений (отсутствие основания вексельного обязательства и известность данного факта держателю векселя).

В настоящем случае в обоснование заявленных требований конкурсный управляющий фактически сослался на отсутствие основания вексельного обязательства.

В соответствии с разъяснениями, абз. 4 п. 13 совместного Постановления от 04.12.2000 N 33/14, сделки, на основании которых вексель был выдан или передан, могут быть признаны судом недействительными в случаях, предусмотренных ГК РФ; последствием такого признания является применение общих последствий недействительности сделки непосредственно между ее сторонами.

При этом признание судом указанных сделок недействительными не влечет недействительности векселя как ценной бумаги и не прерывает ряда индоссаментов.

Удовлетворяя в полном объеме заявленные требования конкурсного управляющего должника, суд первой инстанции и при повторном рассмотрении обособленного спора арбитражный суд апелляционной инстанции исходили из следующего.

Согласно Апелляционному определению Московского городского суда от 24.04.2017 по делу N 33-1992/17 ООО «Эльгаард» эмитированы и выпущены в гражданский оборот следующие векселя: ААА N 0011013 от 17.09.2010 номинальной стоимостью 10 800 000 руб., ААА N 001014 от 17.09.2010 номинальной стоимостью 20 000 000 руб., ААА N 0011015 от 17.09.2010 номинальной стоимостью 20 000 000 руб., ААА N 0011016 от 17.09.2010 номинальной стоимостью 20 000 000 руб. Выдача указанных векселей признана законной и обоснованной, а также осуществленной при наличии равноценного встречного исполнения со стороны Рыбалко Г.Е. Перечисленные векселя являлись обеспеченными имуществом ООО «Эльгаард», выданными во исполнение реальной гражданско-правовой сделки между ООО «Эльгаард» и Рыбалко Г.Е., связанной с приобретением недвижимого имущества.

Судебная коллегия Московского городского суда оценила и признала достоверными сведения, указанные в справке ООО «Эльгаард» от 25.05.2015 о том, что в бухгалтерском балансе учтены только перечисленные векселя, а иные векселя ООО «Эльгаард» не эмитировались и в гражданский оборот не выпускались.

Судом установлено, что в отношении спорных векселей (от 21.04.2011 ААА N 0011026 номинальной стоимостью 915 915 руб., от 21.04.2011 ААА N 0011027 номинальной стоимостью 989 350 руб., от 21.04.2011 ААА N 0011021 номинальной стоимостью 32 000 000 руб.) отсутствуют доказательства, свидетельствующие о передаче должником простых собственных векселей Рыбалко Г.Е.; доказательства предоставления встречного исполнения по спорным ценным бумагам; доказательства выпуска спорных векселей в гражданский оборот; доказательства наличия финансовой возможности у должника эмитировать векселя на указанную сумму, отсутствие экономического обоснования выпуска векселей.

Судом также установлено отсутствие документов, свидетельствующих о реальном существовании спорных векселей как ценных бумаг и финансового инструмента, а именно акта приема-передачи, учета векселей в балансе либо за балансом, доказательств передачи третьим лицам сведений о гражданско-правовой сделке, наличие итогового финансового результата для ООО «Эльгаард».

Судом исследованы решения Савеловского и Тушинского районных судов о взыскании вексельной задолженности с ООО «Эльгаард» по спорным векселям в пользу конкурсных кредиторов и установлено, что в материалах данных дел отсутствуют доказательства выпуска спорных векселей в гражданский оборот и доказательства передачи векселей в пользу третьих лиц, кроме того, отсутствуют документы о гражданско-правовой сделке, по которой кредитором получены векселя.

При этом суд установил, что спорные векселя выданы ООО «Эльгаард» в пользу единственного участника и генерального директора Рыбалко Г.Е., последним на векселях проставлен бланковый индоссамент «без оборота на меня», общая сумма эмитированных 21.04.2011 спорных векселей составила 33 905 265 руб.

Оценивая финансовую возможность ООО «Эльгаард» эмитировать векселя, суд установил, что ООО «Эльгаард» не имело финансовой возможности эмитировать векселя на спорную сумму. Единственным активом общества в спорный период являлось здание, которое было приобретено ООО «Эльгаард» у ООО «Лизинг-Лайн» по стоимости 70 800 000 руб., в результате совершения сделки по приобретению имущества ООО «Эльгаард» имело задолженность перед Рыбалко Г.Е. равную стоимости недвижимого имущества — Определение Московского городского суда от 24.04.2017 по делу N 33-1992/17.

При этом эмитирование векселей не представляется возможным квалифицировать как действия общества, направленные на привлечение дополнительных денежных средств, поскольку на счета ООО «Эльгаард» не поступали средства в качестве оплаты векселей.

При таких обстоятельствах суд пришел к выводу, что векселя ООО «Эльгаард» получены Рыбалко Г.Е. на безвозмездной основе, хотя ООО «Эльгаард» формально вручило векселя Рыбалко Г.Е., названные лица осознавали, что векселя передаются без какого-либо встречного предоставления.

Таким образом, как Рыбалко Г.Е., так и вверенное ему общество не могли не осознавать, что Рыбалко Г.Е. не сможет истребовать с ООО «Эльгаард» вексельный долг, так как последнему не были переданы денежные средства (ст. 17, 77 Положения о переводном и простом векселе).

Следовательно, ООО «Эльгаард» и Рыбалко Г.Е. совершили сделку без намерения создать соответствующие ей правовые последствия в виде получения ООО «Эльгаард» денежного предоставления против выдачи собственных простых векселей. Оспариваемая сделка является мнимой и к ней могут быть применены последствия, изложенные в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.07.2011 N 5620/11.

Рыбалко Г.Е. допущено злоупотребление правом, а выпуск векселей противоречит воле и интересам самого ООО «Эльгаард».

При отсутствии обязательств, лежащих в основе выдачи векселей, а также при отсутствии доказательств действительного эмитирования должником и выпуска векселей в оборот, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что считать такой вексель ценной бумагой не представляется возможным.

Разрешая вопрос о добросовестности кредитора ООО «Эльгаард», чьи требования включены в реестр требований кредиторов должника на основании вексельной задолженности, суд пришел к следующим выводам.

Требования физических лиц установлены в реестре требований кредиторов ООО «Эльгаард» на основании вступивших в законную силу судебных актов о взыскании вексельной задолженности, вынесенных судами общей юрисдикции.

Согласно материалам судебных дел судов общей юрисдикции о взыскании вексельной задолженности установлено, что в материалах этих дел отсутствуют акты приема-передачи векселей от Рыбалко Г.Е. в пользу каждого из указанных физических лиц либо иных актов приема-передачи; физические лица контрагентами общества не являлись, в финансовые и хозяйственные отношения с ООО «Эльгаард» не вступали; в материалах дела отсутствуют сведения о гражданско-правовой сделке, по которой физическими лицами получены спорные векселя.

Разрешая вопрос о том, возникло ли обязательство по оплате спорного векселя перед кредиторами, суд, руководствуясь п. 3 ст. 143, п. 1 ст. 144, п. 3 ст. 146 ГК РФ, ст. 16, 38 и 77 Положения о переводном и простом векселе, п. 9 совместного Постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.12.2000 N 33/14, согласился с доводами конкурсного управляющего об отсутствии доказательств легитимного владения кредиторами спорным векселем. Судом учтено поведение сторон в совокупности, а именно: Рыбалко Г.Е. и ООО «Лизинг-Лайн», участником которого являлся кредитор ООО «Эльгаард» Еловских Д.Л., связывали личные финансовые отношения — Определение Московского городского суда от 24.04.2017 по делу N 33-1992/17. В свою очередь, Еловских Д.Л. является супругом Еловских П.В. — кредитор ООО «Эльгаард», заявитель по делу о банкротстве. Судом учтены письменные пояснения Еловских П.В. и Рыбалко Г.Е., представленные в суды общей юрисдикции о том, что их связывали дружеские отношения. Все вексельные кредиторы имеют одних представителей, заявляют согласованные позиции в судах. Кредиторами предпринимались консолидированные попытки инициирования процедуры банкротства ООО «Эльгаард». Из совокупности названных обстоятельств следует, что все лица, проявлявшие интерес к обладанию спорными векселями, связаны между собой и осведомлены о пороке прав по векселю и не имеют документов, подтверждающих их легитимное владение векселями должника.

Кредиторы не могут документально обосновать и пояснить, по каким обязательствам в настоящее время перед ними отвечает ООО «Эльгаард», более того, кредитор не отрицает, что непосредственно ООО «Эльгаард» денежных обязательств перед ними не имеет.

Векселя ООО «Эльгаард», которыми располагают кредиторы, тождественны с теми векселями, которыми располагал Рыбалко Г.Е. и во взыскании задолженности по которым последнему было отказано по причине недоказанности факта эмитирования векселей и по причине отсутствия обязательства, лежащего в основе выдачи векселя (Определение Московского городского суда от 24.04.2017 по делу N 33-1992/17).

Суд, оценив представленные доказательства в совокупности, пришел к выводу, что в настоящем случае сторонами допущено злоупотребление правом. Исходя из приведенных выше обстоятельств спорные векселя не являются ценной бумагой и выпущены Рыбалко Г.Е. от имени ООО «Эльгаард» с превышением должностных полномочий. При таких обстоятельствах ООО «Эльгаард» не может отвечать по такого рода обязательствам.

Кредиторы достоверно располагали сведениями о безденежности векселей ООО «Эльгаард», взыскивая с ООО «Эльгаард» вексельную задолженность, конкурсные кредиторы злоупотребили правом, у кредиторов отсутствуют допустимые и относимые доказательства законного владения векселями ООО «Эльгаард», векселя ООО «Эльгаард» являются безденежными, не выпускались в гражданский оборот, спорные ценные бумаги фактически являются надлежащим образом оформленными бланками векселей, не порождающими правовых последствий, законные основания выпуска должником простых собственных векселей, а также наличие сделки, обосновывающей выпуск собственных векселей, отсутствуют, спорные векселя не учтены в бухгалтерском учете, сведения о гражданско-правовой сделке между ООО «Эльгаард» и Рыбалко Г.Е., между Рыбалко Г.Е. и кредиторами, а также третьими лицами не представлены, согласно справке ООО «Эльгаард», признанной достоверной Московским городским судом, спорные векселя ООО «Эльгаард» в оборот не выпускались.

При таких обстоятельствах суд пришел к выводу, что фактически спорные векселя не являются ценной бумагой, не порождают для ООО «Эльгаард» ни прав, ни обязанностей, такие векселя ничтожны.

Суд округа, соглашаясь с выводами судов в части оспаривания конкурсным управляющим сделки по выдаче ООО «Эльгаард» простых собственных векселей своему единственному участнику и генеральному директору Рыбалко Г.Е., в части признания недействительными самих векселей и применения последствий недействительности сделки, считает необходимым отметить следующее.

В соответствии с п. 1 ст. 142 ГК РФ ценными бумагами являются документы, соответствующие установленным законом требованиям и удостоверяющие обязательственные и иные права, осуществление или передача которых возможны только при предъявлении таких документов (документарные ценные бумаги).

В силу норм ст. 1, 75 Положения о переводном и простом векселе документ, имеющий дефекты формы, не имеет силы векселя, то есть не является ценной бумагой.

Положение о переводном и простом векселе не содержит указания на такой вид защиты нарушенного права, как признание недействительным векселя.

Как таковое признание векселя недействительным возможно в порядке главы 34 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в предусмотренных в ней случаях (утрата ценной бумаги).

Предметом настоящего обособленного спора рассмотрение вопроса о дефекте формы векселей не являлось, в то же время данный вопрос уже был предметом рассмотрения в суде общей юрисдикции, установившем соответствие векселей формальным требованиям.

В п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что ст. 12 ГК РФ предусмотрен перечень способов защиты гражданских прав. Иные способы защиты гражданских прав могут быть установлены законом.

В соответствии с разъяснениями, абз. 4 п. 13 совместного Постановления от 04.12.2000 N 33/14 сделки, на основании которых вексель был выдан или передан, могут быть признаны судом недействительными в случаях, предусмотренных Кодексом. Признание судом указанных сделок недействительными не влечет недействительности векселя как ценной бумаги и не прерывает ряда индоссаментов. Последствием такого признания является применение общих последствий недействительности сделки непосредственно между ее сторонами (ст. 167 Кодекса).

На основании изложенного у суда при квалификации сделки по выдаче спорных векселей как недействительной отсутствовали правовые основания для удовлетворения явно избыточного требования о признании недействительными самих векселей. Как следствие, судом неверно применены и правовые последствия признания сделки недействительной».

Определением ВС РФ от 15 октября 2020 г. N 305-ЭС19-7419(12,14) отказано в передаче кассационных жалоб для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

Таким образом, суды констатировали отсутствие обязательства по векселю по мотиву их безденежности и законных оснований выпуска должником простых собственных векселей.

Суды пришли к такому выводу в связи с отсутствием встречного исполнения по векселям. Насколько такой вывод суда основан на нормах вексельного законодательства? Представляется, в этой части судами не учтено следующее.

Наличие либо отсутствие гражданско-правовых обязательств, послуживших основанием выдачи векселя, не влияют на обязанность векселедателя произвести платеж по векселю:

1. Вексельное обязательство является абстрактным. Это означает, не требуется доказывать наличие основания обязательства и отсутствует встречное исполнение обязательства. Вексельное обязательство является безусловным, абстрактным и односторонним обязательством.

2. Истец является не первым векселедержателем, поэтому не может быть правовой связи с ответчиком по поводу выдачи векселя. Истец приобрел самостоятельное право требования по спорному векселю. В связи с совершением в пользу него индоссамента истца в силу закона не должны интересовать обстоятельства, в связи с чем вексель был передан векселедателем предыдущему индоссату. Это не имеет также какого-либо юридического значения. Для перехода прав по векселю имеет значение только непрерывность ряда индоссаментов, что и имеется в спорном векселе.

Согласно ст. 17 Положения о переводном и простом векселе, согласно которой установлено, что лица, к которым предъявлен иск по переводному векселю, не могут противопоставить векселедержателю возражения, основанные на их личных отношениях к векселедателю или к предшествующим векселедержателям, если только векселедержатель, приобретая вексель, не действовал сознательно в ущерб должнику. Это правило в силу ст. 77 Положения применяется к простому векселю, поскольку оно не является несовместимым с природой простого векселя и может применяться при условии, что держателем векселя является лицо, добросовестно приобретшее вексель по индоссаменту.

Абстрактность векселя характеризует обязательство, удостоверенное этой бумагой («право из бумаги»). Но большое значение имеет и такое свойство ценной бумаги, как ее публичная достоверность. Публичная достоверность может быть выражена формулами «чего нет в тексте ценной бумаги, то признается несуществующим» или «истинными признаются только факты, отраженные в тексте ценной бумаги, хотя бы они не соответствовали действительности». Поэтому, например, по ценной бумаге на предъявителя следует исполнять обязательство тому, кто предъявит ценную бумагу, поскольку вопрос о праве собственности на бумагу лежит за пределами ее текста; по векселю надо платить, даже если вексель «безденежный», поскольку основание выдачи векселя (договор займа и т.п.) запрещается указывать в тексте векселя. Публичная достоверность ценной бумаги относится больше к вещному праву на бумагу и оказывает влияние на возможность ее виндикации (см. ст. 147.1 ГК РФ), однако, учитывая двойственную природу ценной бумаги, понятия абстрактности и публичной достоверности пересекаются и часто сливаются. Поэтому и «публичная достоверность исключает возможность возражений, основанных на отношениях, не получивших выражения в тексте бумаги».

В абстрактном обязательстве кредитор не обязан доказывать наличие основания требования (п. 9 информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.07.1997 N 18 «Обзор практики разрешения споров, связанных с использованием векселя в хозяйственном обороте»).

В действующей редакции ГК РФ законодатель отказался от характеристики абстрактности ценной бумаги и сосредоточился на практических вопросах возражений обязанного лица по ценной бумаге, т.е. на случаях, когда должник вправе отказаться исполнять обязательство, удостоверенное ценной бумагой.

Данные положения и отражены в ст. 145 ГК РФ:

— в абз. 1 п. 1 установлен закрытый перечень допустимых возражений по ценной бумаге, т.е. ссылок на обстоятельства, которые освобождают обязанное лицо от исполнения по ценной бумаге (в абз. 2 п. 1 комментируемой статьи особо выделен случай, ссылка на который не освобождает от исполнения по ценной бумаге). Это и есть общее правило об ограничении возражений, которые обусловлены абстрактностью ценной бумаги;

— в абз. 3 п. 1 и п. 3 установлены исключения из абстрактности и публичной достоверности ценной бумаги и, соответственно, исключения из правила об ограничении возражений: указывается, когда ответственное по бумаге лицо вправе приводить возражения, помимо тех, которые установлены в абз. 1 п. 1;

— в п. 2 устанавливаются особенности возражений, которые могут приводить лица, ответственные за исполнение по ордерной ценной бумаге.

В абз. 1 п. 1 ст. 145 ГК РФ приведены общие нормы о возражениях, которые обязанное лицо вправе выдвигать против требования держателя любой ценной бумаги. Перечень возражений является закрытым и содержит только два случая.

Во-первых, допускаются возражения, вытекающие непосредственно из отношений по ценной бумаге (из текста бумаги). Данные возражения полностью соответствуют признакам абстрактности и публичной достоверности документарной ценной бумаги, основываются на содержании бумаги, которое устанавливается законодательством, и на специальных нормах, регулирующих отношения по данной ценной бумаге. Так, например, это могут быть возражения по сумме, которая подлежит выплате при предъявлении ценной бумаги: надлежащее исполнение обязательства по бумаге ограничивается той суммой, которая указана в ее тексте. Допустимы возражения по срокам исполнения обязательства (например, если вексель со сроком платежа на определенную дату предъявлен до наступления этой даты) и т.п.

Среди допускаемых возражений, которые вытекают непосредственно из текста ценной бумаги, выделяются возражения, касающиеся легитимации держателя ценной бумаги (ст. 146 ГК).

Во-вторых, допускаются возражения, которые основаны на отношениях между обязанным лицом и владельцем ценной бумаги (личный характер отношений), которые известны или должны быть известны владельцу ценной бумаги (ст. 10 Положения). Так, например, лицо, обязанное по векселю, может обосновывать возражения к векселедержателю, в частности, ссылками: а) на произведенный данному векселедержателю платеж, не отмеченный на векселе; б) наличие встречного требования и возможность зачета; в) предоставленную данному должнику векселедержателем отсрочку и т.п. Должник может возражать векселедержателю и тогда, когда векселедержатель в момент приобретения векселя знал об указанных возражениях к прежним держателям.

В Определении Судебной коллегии по гражданским делам от 7 июня 2016 г. по делу N 33-5342 было сказано, что разрешая заявленные требования, суд первой инстанции, с учетом приведенных норм права, пришел к правильному выводу о том, что предъявленный истцом вексель соответствует всем установленным законом требованиям, а истец является законным держателем данного векселя и вправе требовать по нему платежа, при этом не обязан доказывать существование и действительность своих прав, поскольку они предполагаются существующими и действительными. Бремя доказывания обратного лежит на вексельном должнике, в данном случае ответчике. С учетом установленных обстоятельств суд пришел к обоснованному выводу об удовлетворении исковых требований.

Подводя итоги, приходим к выводу, что решения кассации нарушают основополагающий вексельный принцип — абстрактность векселя, поскольку встречное исполнение по векселю не предусмотрено.

Встречное исполнение по векселю // Уруков Владислав Николаевич, доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист Чувашской Республики. Проректор по науке, профессор кафедры гражданского права и процесса юридического факультета Межнационального гуманитарно-технического института (МГТИ) в г. Чебоксары.

Родился 29 ноября 1959 г. в Чувашской АССР. Окончил Энгельсское высшее зенитно-ракетное командное училище в 1981 г., МГЮА — в 1994 г. Научная специализация: обязательственное право, вексельное право. С 1994 г. по ноябрь 2009 г. преподавал в Чувашском государственном университете, с 2010 г. — в МГТИ.

Автор более 250 публикаций, в том числе ряда учебных пособий и учебника, а также научно-практического издания «Правовое регулирование векселя в российском гражданском праве» (2004), монографий «Воля и волеизъявление в гражданском праве» (2006), «Вексель: договорная теория и практика» (2011, 2012, 2013), «Общее учение о векселе» (2014), «Теория волеизъявления в гражданском праве» (2019).

«Вестник арбитражной практики», 2021, N 1

Источник: http://www.consultant.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

13 − 9 =