К вопросу о привлечении взыскателя к ответственности по ст. 395 ГК РФ за приведение в исполнение ошибочного судебного акта. Часть 4

Продолжение статьи «К вопросу о привлечении взыскателя к ответственности по ст. 395 ГК РФ за приведение в исполнение ошибочного судебного акта».

Комментарий к п. 59 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств».

4. Выводы

Вышеизложенное можно резюмировать следующим образом.

Позиция Пленума, согласно которой истец, приведший в исполнение ошибочное судебное решение, освобождается по общему правилу от ответственности по уплате процентов годовых с момент производства взыскания вплоть до принятия итогового решения по делу, является ошибочной.

Связано это с тем, что объективные условия привлечения его к ответственности (противоправность) присутствуют изначально, т.е. с момента поступления денежных средств в распоряжение истца, ибо при отсутствии материально-правового основания для удержания спорной суммы она должна считаться его неосновательным обогащением. Само по себе решение суда, пусть и действующее в течение определенного времени, не может выступать в роли каузы, заменяющей собой отсутствующие в действительности материальные предпосылки для пользования чужим имуществом.

В свою очередь, субъективные условия ответственности (вина) наступают как минимум после отмены первоначального решения (а возможно, с получением истцом уведомления о принятии к производству жалобы на такое решение). Эти обстоятельства свидетельствуют о возобновлении спора относительно присужденной денежной суммы, что возлагает на истца (вернее, возрождает для него) несение бремени сомнения в собственной правоте, являющееся неотъемлемым спутником любого состязательного процесса. Наличие данного бремени обусловливает обязанность истца, владеющего спорной суммой, относиться к ней с той же степенью рациональной заботливости, как если бы она была для него чужой, т.е. извлечь из нее хотя бы минимум дохода, определяемый размером ключевой ставки Банка России. Игнорирование этого бремени является небрежностью истца, а значит, если он не проявил должной заботливости и осмотрительности, обусловленной необходимостью сомневаться, и не обеспечил для используемого им капитала минимальный уровень дохода (в размере процентов годовых по ст. 395 ГК РФ), то затраты на выплату процентов экономически он будет нести за счет своего имущества, из собственного кармана — это и будет применением к нему соответствующей меры именно как меры ответственности за недобросовестное поведение.

Таким образом, подход Пленума, согласно которому истец, взыскавший денежные средства по ошибочному судебному акту, освобождается от ответственности за их использование, может быть оправдан только в отношении того периода, в течение которого полученная сумма не обладает статусом спорной (т.е. в отношении которой отсутствует бремя сомнения). Наступление бесспорности должно быть связано с вступлением решения о ее присуждении в законную силу и возникающим вследствие этого режимом правовой определенности, который, однако, может закончить свое действие с дальнейшим развитием процессуального отношения (т.е. с момента отмены первоначального решения либо с получением истцом уведомления о принятии к производству жалобы на первоначальное решение). Следовательно, льготный для истца период ограничен лишь тем промежутком времени, когда действует режим правовой определенности, и ни в коем случае не может приходиться на тот этап разбирательства, когда первоначальное решение отменено, а дело повторно рассматривается по существу в судах первых двух инстанций.

В чем Пленум безусловно прав, так это в том, что истец не может быть освобожден от уплаты процентов, если приведенное им к исполнению решение является для него заведомо необоснованным (умышленная форма вины). Указывая в качестве примера на ситуацию, при которой решение было вынесено на основании доказательств, сфальсифицированных истцом, Пленум ВС РФ не ограничивает суды в определении иных случаев, когда решение суда может быть квалифицировано в качестве заведомо необоснованного для истцовой стороны. Соответствующий стандарт, однако, еще должен быть найден практикой и доктринально обоснован исследователями-процессуалистами.

Володарский Даниил Борисович, доцент кафедры гражданского процесса СПбГУ, кандидат юридических наук.

Документ предоставлен КонсультантПлюс.