Адвокату вынесено предупреждение за бездействие, выразившееся в неподаче в арбитражный суд возражений в отношении отказа во включении требований заявителя в реестр требований кредиторов акционерного общества

Адвокату вынесено предупреждение за бездействие, выразившееся в неподаче в арбитражный суд возражений в отношении отказа во включении требований заявителя в реестр требований кредиторов акционерного общества в течение 15 дней с момента получения уведомления.

Совет Адвокатской палаты города Москвы… рассмотрел в закрытом заседании 24 апреля 2018 года дисциплинарное производство в отношении адвоката Р. …возбужденное по жалобе Н. от 05 декабря 2017 года.

В соответствии с заключением Квалификационной комиссии от 04 апреля 2018 года адвокат Р. допустила неисполнение, вопреки предписаниям пп. 1 п. 1 ст. 7 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и п. 1 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката, профессиональных обязанностей перед доверителем Н., что выразилось в незаявлении в арбитражный суд… возражений против отказа государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» во включении требований Н. в реестр требований кредиторов АО «Б.» в течение 15 дней с момента получения 23 августа 2017 года уведомления от 21 августа 2017 года…

В оставшейся части дисциплинарное производство признано Квалификационной комиссией подлежащим прекращению.

Адвокат Р. и заявитель Н., извещенные надлежащим образом, в заседание Совета не явились. С учетом требований пункта 5 ст. 24 Кодекса профессиональной этики адвоката, устанавливающего, что неявка кого-либо из участников дисциплинарного производства не препятствует разбирательству и принятию решения, Совет принял решение о рассмотрении дисциплинарного производства в отношении адвоката Р. в ее отсутствие.

Совет, рассмотрев дисциплинарное дело, в полном объеме соглашается с заключением Квалификационной комиссии и ее выводами, поскольку они основаны на правильно и полно установленных обстоятельствах дела.

Так, установлено, что адвокат Р. 12 мая 2016 года заключила соглашение на представление интересов индивидуального предпринимателя Н. в арбитражном суде… по вопросу взыскания денежных средств с АО «Б.». По указанному соглашению было предусмотрено вознаграждение в размере… рублей, уплачиваемых в день его заключения, и еще… рублей, уплачиваемых в день вынесения решения суда. Исковое заявление в интересах заявителя Н. было направлено адвокатом Р. в арбитражный суд… и поступило туда 17 июня 2016 года. Арбитражным судом… было вынесено определение об оставлении искового заявления без движения ввиду несоблюдения претензионного порядка разрешения споров, а также по причине отсутствия в предоставленных документах почтовой квитанции о направлении копии искового заявления и прилагающихся документов в адрес ответчика. 30 июля 2016 года адвокатом Р. в адрес АО «Б.» были направлены претензия и копия искового заявления. 22 августа 2016 года арбитражным судом… было вынесено определение о возвращении искового заявления из-за несоблюдения претензионного порядка. 08 сентября 2016 года адвокатом Р. было повторно направлено исковое заявление в интересах заявителя Н. в арбитражный суд… 26 сентября 2016 года арбитражным судом… было вынесено определение о принятии искового заявления и рассмотрении дела в порядке упрощенного судопроизводства. 31 января 2017 года арбитражным судом… было вынесено определение об оставлении искового заявления без рассмотрения в связи с тем, что АО «Б.» было признано банкротом, вследствие чего требования к нему надо предъявлять в порядке, предусмотренном законодательством о банкротстве. Адвокатом Р. было составлено требование о включении в реестр требований кредиторов кредитной организации АО «Б.» задолженности перед заявителем Н., и 03 апреля 2017 года указанное требование с приложениями было направлено в государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов». Поскольку в течение длительного времени не было ответа, адвокат Р. предпринимала действия по разрешению заявленных требований и 10 июля 2017 года адвокатом Р. в государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов» было направлено повторное требование о включении Н. в реестр требований кредиторов АО «Б.». 23 августа 2017 года в адрес адвоката Р. поступило уведомление государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» об отказе во включении требований заявителя Н. в реестр требований кредиторов АО «Б.».

Давая оценку действиям адвоката Р. применительно к доводам жалобы Н. о том, что адвокатом Р. не заявлены в арбитражный суд возражения против двух отказов конкурсного управляющего АО «Б.» во включении его требований в реестр требований кредиторов АО «Б.» по заявленным адвокатом Р. 03 апреля и 10 июля 2017 года требованиям, Совет отмечает, что предусмотренные в пп. 1 п. 1 ст. 7 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и п. 1 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката обязанности адвоката честно, разумно, добросовестно, активно защищать права, свободы и интересы доверителей всеми не запрещенными законодательством средствами в совокупности с нормой п. 5 ст. 189.85 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», согласно которой возражения по результатам рассмотрения конкурсным управляющим требования кредитора могут быть заявлены в арбитражный суд кредитором не позднее чем в течение 15 календарных дней со дня получения кредитором уведомления конкурсного управляющего о результатах рассмотрения этого требования, безусловно означают обязанность адвоката в установленный законом о банкротстве срок обжаловать в арбитражный суд отказ конкурсного управляющего во включении требований заявителя в реестр кредиторов банка должника. Адвокатом Р. в интересах заявителя Н. были направлены два требования в адрес конкурсного управляющего АО «Б.»: первое – 03 апреля 2017 года, ответ на которое получен не был, и второе – 10 июля 2017 года, на которое 23 августа 2017 года было получено уведомление об отказе во включении в реестр требований. Факт получения 23 августа 2017 года уведомления государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» от 21 августа 2017 года… которым заявителю Н. отказано во включении его требований в реестр требований кредиторов АО «Б.», адвокат Р. в своих письменных объяснениях подтверждает. Факт необращения в арбитражный суд с жалобой на отказ государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» во включении требований Н. в реестр кредиторов АО «Б.», адвокат Р. также подтверждает. Совет критически относится к объяснениям адвоката Р. о том, что ее необращение в арбитражный суд с возражениями против уведомления государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» от 21 августа 2017 года… связано с тем, что от исполнения поручения ее освободил заявитель Н., который сообщил, что в дальнейшем он в ее юридической помощи не нуждается, поскольку заявитель Н. освобождение адвоката Р. от обязанности обратиться в арбитражный суд… с возражениями против отказа во внесении его требований в реестр требований кредиторов АО «Б.» отрицает, и никакие письменные доказательства в подтверждение собственной позиции по данному вопросу адвокатом Р. в материалы дисциплинарного производства не представлены.

В связи с изложенными обстоятельствами Совет соглашается с Квалификационной комиссией и считает, что описанное выше бездействие адвоката Р. является неисполнением обязанностей перед заявителем Н., принятых в соответствии с соглашением об оказании юридической помощи от 12 мая 2016 года.

Избирая в соответствии с требованиями п. 4 ст. 18 Кодекса профессиональной этики адвоката меру дисциплинарной ответственности адвоката Р. за совершенное нарушение, Совет учитывает, что оно совершено умышленно, характеризуется явно недобросовестным поведением адвоката Р. по отношению к своему доверителю Н. и привело к пропуску установленных законом сроков для обжалования в арбитражный суд отказа государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» во включении требований Н. в реестр требований кредиторов АО «Б.». Вместе с тем Совет учитывает тот факт, что адвокат Р. ранее к дисциплинарной ответственности не привлекалась. С учетом совокупности указанных обстоятельств Совет приходит к выводу о применении к адвокату Р. меры дисциплинарной ответственности в виде предупреждения, как в наибольшей степени отвечающей требованию справедливости дисциплинарного разбирательства, предусмотренному п. 3 ст. 19 Кодекса профессиональной этики адвоката.

Одновременно с этим Совет соглашается с заключением Квалификационной комиссии о необходимости прекращения в оставшейся части настоящего дисциплинарного производства как вследствие истечения сроков привлечения к дисциплинарной ответственности, так и вследствие отсутствия в иных действиях (бездействии) адвоката нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре, включая Кодекс профессиональной этики адвоката.

В части дисциплинарного обвинения адвоката Р. в оказании неквалифицированной юридической помощи, а именно в том, что она в соответствии с соглашением на оказание юридической помощи от 12 мая 2016 года приняла поручение на представление интересов в арбитражном суде… по вопросу взыскания денежных средств с АО «Б.», при том, что на момент подписания указанного соглашения АО «Б.» уже было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него было открыто конкурсное производство, вследствие чего взыскание денежных средств с данной организации посредством предъявления искового заявления в арбитражный суд… было невозможно, Совет соглашается с Квалификационной комиссией и отмечает, что в силу положений п. 1 ст. 25 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» адвокатская деятельность осуществляется на основе соглашения между адвокатом и доверителем.

В соответствии с п. 2 ст. 25 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» соглашение представляет собой гражданско-правовой договор, заключаемый в простой письменной форме между доверителем и адвокатом (адвокатами), на оказание юридической помощи самому доверителю или назначенному им лицу. Органы адвокатского самоуправления Адвокатской палаты города Москвы неоднократно указывали в своих заключениях и решениях, что «надлежащее исполнение адвокатом своих обязанностей перед доверителем предполагает не только оказание квалифицированной юридической помощи, но и оформление договорных правоотношений в строгом соответствии с законом, что, в свою очередь, позволяет адвокату рассчитывать на доверие со стороны лица, обратившегося к нему за квалифицированной юридической помощью» (см., например: Обзор дисциплинарной практики Адвокатской палаты города Москвы // «Вестник Адвокатской палаты города Москвы». 2011. Выпуски №№ 7–9 (93–5). С. 17). Поскольку адвокат является профессиональным участником юридического правоотношения с доверителем, то обязанность «честно, разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством Российской Федерации средствами» (пп. 1 п. 1 ст. 7 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации») «распространяется не только на собственно процесс оказания доверителю юридической помощи, но и на вопросы формализации отношений адвоката с доверителем»  (см., например: Обзор дисциплинарной практики Адвокатской палаты города Москвы // «Вестник Адвокатской палаты города Москвы». 2012. Выпуски №№ 1–3 (99–101). С. 99).

Таким образом, правильное определение юридической помощи, в которой нуждается доверитель, на основании сообщенных доверителем и иных доступных адвокату сведений, и включение в соглашение об оказании юридической помощи корректного описания поручения доверителя является обязанностью адвоката.

Как следует из материалов дисциплинарного производства, решением арбитражного суда… от 29 марта 2016 года по делу №… «Б.» (АО) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, функции конкурсного управляющего возложены на государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов». Из системного толкования норм Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и, в частности, параграфа 4.1. «Банкротство кредитных организаций», следует, что на момент заключения адвокатом Р. 12 мая 2016 года соглашения об оказании юридической помощи с заявителем Н. взыскание денежных средств с АО «Б.» посредством обращения с иском в арбитражный суд… было невозможно, для защиты права заявителя Н. было необходимо обращаться с требованием о включении задолженности банка перед ним в реестр требований кредиторов. Сведения о признании АО «Б.» несостоятельным (банкротом) и открытии в отношении него конкурсного производства были опубликованы в печатном издании… от 09 апреля 2016 года, соответствующее решение суда было размещено на официальном сайте арбитражного суда… При заключении указанного выше соглашения с заявителем Н. адвокат Р. могла и должна была, установив факт признания АО «Б.» решением суда несостоятельным (банкротом), не принимать заведомо неисполнимое поручение на взыскание денежных средств с банка посредством обращения в арбитражный суд… и не вносить соответствующее поручение в соглашение об оказании юридической помощи. Тем не менее адвокат Р. включила поручение в указанной выше редакции в текст соглашения об оказании юридической помощи от 12 мая 2016 года, оформила от имени заявителя Н. исковое заявление о взыскании денежных средств с АО «Б.» и направила его 08 сентября 2016 года в арбитражный суд… который определением от 31 января 2017 года оставил его без рассмотрения. Действия адвоката Р. являются нарушением обязанности адвоката по оказанию квалифицированной юридической помощи доверителю, предусмотренной п. 1 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката. Только 03 апреля 2017 года адвокатом Р. было направлено конкурсному управляющему АО «Б.» требование о включении обязательств по отношению к заявителю Н. в реестр требований кредиторов АО «Б.». Таким образом, допущенное адвокатом Р. ненадлежащее исполнение обязанностей перед заявителем Н., выразившееся в принятии заведомо неисполнимого поручения на взыскание в пользу заявителя Н. денежных средств с АО «Б.» посредством обращения в арбитражный суд… и направлении, в нарушение положений законодательства, искового заявления от имени Н. в арбитражный суд… длилось с 12 мая 2016 года по 03 апреля 2017 года.

В соответствии с п. 5 ст. 18 Кодекса профессиональной этики адвоката (в редакции, действовавшей до внесения в нее изменений VIII Всероссийским съездом адвокатов 20 апреля 2017 года), меры дисциплинарной ответственности могут быть применены к адвокату, если с момента совершения им нарушения прошло не более одного года, а при длящемся нарушении – с момента его прекращения (пресечения). Согласно разъяснениям Комиссии Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации по этике и стандартам № 06/17 по вопросам применения п. 5, 7 ст. 18, п. 1.1 ст. 25 Кодекса профессиональной этики адвоката, утвержденным Советом Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации 28 июня 2017 года (Протокол № 4), доведенным до сведения членов адвокатского сообщества и других лиц путем опубликования в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» на официальном сайте Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации http://www.fparf.ru, изменения, утвержденные VIII Всероссийским съездом адвокатов 20 апреля 2017 года, не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Таким образом, двухлетний срок, предусмотренный абз. 2 п. 5 Кодекса профессиональной этики адвоката, применяется к действиям (бездействию) адвоката, совершенным после 20 апреля 2017 года.

Учитывая дату прекращения указанного выше нарушения, допущенного адвокатом Р., дисциплинарное производство в данной части подлежит прекращению в связи с истечением срока привлечения к дисциплинарной ответственности.

В части дисциплинарного обвинения в пропуске адвокатом Р. установленного законодательством срока на предъявление требований о включении в реестр требований кредиторов АО «Б.» требований заявителя Н. Совет соглашается с Квалификационной комиссией и отмечает, что в соответствии с п. 1.2.1 соглашения об оказании юридической помощи от 12 мая 2016 года поручение, принятое адвокатом Р., было сформулировано как «представление интересов ИП Н. в арбитражном суде… по вопросу взыскания денежных средств с АО “Б.”». Как уже было указано, принятое адвокатом Р. в такой редакции поручение было неисполнимым.

Вместе с тем из сопоставления формулировки поручения заявителя Н. адвокату Р., изложенной в соглашении, текста жалобы заявителя Н. и устных пояснений его представителя С. усматривается, что фактически при обращении к адвокату Р. заявитель Н. руководствовался целью защиты своего права на получение причитающихся ему, по его мнению, от АО «Б.» денежных средств способом, соответствующим законодательству. Определение надлежащего способа защиты права заявителя Н. являлось обязанностью адвоката Р., к которой он обратился как к профессиональному советнику по юридическим вопросам. В соответствии с п. 2 ст. 189.85 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в целях конкурсного производства конкурсный управляющий устанавливает срок предъявления требований кредиторов, по истечении которого реестр требований кредиторов считается закрытым. Срок предъявления требований кредиторов не может быть менее 60 дней со дня опубликования сообщения о признании кредитной организации банкротом и об открытии конкурсного производства. Как следует из имеющегося в материалах дисциплинарного производства уведомления государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», объявление о начале в отношении АО «Б.» процедуры конкурсного производства было опубликовано в печатном издании… от 09 апреля 2016 года и содержало информацию о том, что реестр требований кредиторов АО «Б.» был закрыт 08 июня 2016 года. Таким образом, после принятия адвокатом Р. поручения заявителя Н. на истребование денежных средств от АО «Б.» 12 мая 2016 года оставалось время до 08 июня 2016 года для предъявления требования о включении в реестр требований кредиторов АО «Б.» без пропуска предусмотренного по закону срока. Однако адвокат Р. в течение указанного периода времени с требованием в адрес конкурсного управляющего АО «Б.» государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» в интересах заявителя Н. не обратилась, что является ненадлежащим исполнением обязанностей перед последним.

Вместе с тем, учитывая дату завершения описанного нарушения, 08 июня 2016 года, дисциплинарное производство по обвинению адвоката Р. в нарушении предусмотренного законом срока для предъявления требования заявителя Н. конкурсному управляющему АО «Б.» подлежит прекращению в связи с истечением сроков применения мер дисциплинарной ответственности.

В части дисциплинарного обвинения заявителя Н. о том, что предъявление адвокатом Р. требования для включения в реестр требований кредиторов АО «Б.» с пропуском установленного конкурсным управляющим срока заведомо не могло привести к удовлетворению требований доверителя в рамках конкурсного производства, а потому изначально являлось порочным, Совет соглашается с Квалификационной комиссией и отмечает, что в соответствии с п. 11 ст. 189.96 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в случае признания обоснованным такое требование подлежало удовлетворению за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, внесенных в реестр. Возможность удовлетворения требования заявителя Н. в случае включения его в реестр оставалась. Таким образом, в данной части оснований для вывода о ненадлежащем оказании адвокатом Р. юридической помощи заявителю Н. и безосновательном получении ею вознаграждения… не имеется, а дисциплинарное производство в этой части подлежит прекращению вследствие отсутствия в указанных действиях (бездействии) адвоката Р. нарушений законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации, включая Кодекс профессиональной этики адвоката.

…Совет Адвокатской палаты города Москвы решил:

1) применить к адвокату Р. …меру дисциплинарной ответственности в виде предупреждения за неисполнение, вопреки предписаниям пп. 1 п. 1 ст. 7 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и п. 1 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката, профессиональных обязанностей перед доверителем Н., что выразилось в незаявлении в арбитражный суд… возражений против отказа государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» во включении требований Н. в реестр требований кредиторов АО «Б.» в течение 15 дней с момента получения 23 августа 2017 года уведомления от 21 августа 2017 года…

2) прекратить вследствие истечения сроков применения мер дисциплинарной ответственности дисциплинарное производство, возбужденное в отношении адвоката Р. по жалобе Н. от 05 декабря 2017 года… по дисциплинарным обвинениям в том, что она:

– в соответствии с соглашением об оказании юридической помощи, подписанным 12 мая 2016 года с Н., приняла заведомо неисполнимое поручение на представление интересов последнего в арбитражном суде… при взыскании денежных средств с АО «Б.» и направила 08 сентября 2016 года в арбитражный суд… исковое заявление о взыскании с АО «Б.» денежных средств в пользу Н. в нарушение законодательства о несостоятельности (банкротстве);

– не обратилась в защиту прав и интересов доверителя Н. в период с 12 мая по 08 июня 2016 года с требованием к конкурсному управляющему АО «Б.» государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» для включения требования Н. в реестр требований кредиторов АО «Б.»;

3) прекратить в оставшейся части дисциплинарное производство в отношении адвоката Р., возбужденное по жалобе Н. от 05 декабря 2017 года… вследствие отсутствия в иных действиях (бездействии) адвоката Р. нарушений законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации, включая Кодекс профессиональной этики адвоката.